Вы здесь

Эпидемиология и медицинская география кариеса зубов

ЭПИДЕМИОЛОГИЯ И МЕДИЦИНСКАЯ ГЕОГРАФИЯ КАРИЕСА ЗУБОВ

Эпидемиологические исследования кариеса широко проводят в нашей стране и во всем мире. Данные их очень ценны для решения многих вопросов этиологии и патогенеза, разработки научно обоснованной, дифференцированной в зависимости от геохимических условий и рациональной профилактики кариеса. Вопросом и изучением распространенности заболеваний в разных географических масштабах занимается медицинская география. Задачи этой отрасли медицинской науки — изучение влияния природных условий и социально-экономических факторов (условия труда, быта, питание, водоснабжение, медицинское обслуживание) на здоровье человека — решают комплексно различные специалисты: географы, медики, социологи, геохимики, почвоведы. Такой разносторонний принцип проведения эпидемиологических исследований обусловлен тем, что организм человека постоянно и тесно связан с окружающей средой. Одним из активных факторов внешней среды являются макро-II микроэлементы. Источниками их для растений являются материнские породы почвы, вулканические породы и дымы, газы атмосферы и осадки. Основными источниками макро- и микроэлементов для организма человека, но опосредованно, преимущественно пищей (растительной и животной), являются растения и питьевая вода. Состояние организма человека, в частности состояние зубов, связано с особенностями определенных географических районов. Эта экологическая зависимость установлена и для кариеса.

Обширные исследования медицинской географии кариеса проведены сотрудниками ЦНИИС. Они преследовали несколько целей: определить потребности в стоматологических кадрах, выявить наиболее эффективные методы санации полости рта и влияние ее на заболеваемость, зависимость кариеса от географических условий. Большой интерес представляют полученные в ходе этих фундаментальных исследований медико-статистические данные распространенности кариеса на территории  в связи с содержанием фтора в питьевых водах.



В стоматологии на протяжении нескольких десятилетий уделялось чрезвычайно много внимания этиологической роли этого фактора. При этом одни отдавали предпочтение местному воздействию фтора, другие — общему.

Фтор, особенно содержащийся в питьевой воде, как утверждают Р. Д. Габович, Р. Д. Габович и Г. Д. Овруцкий  и другие, оказывает значительное противокариозное действие. Это действие стабильно во всех возрастных группах и усиливается с увеличением концентрации фтора до 1—2 мг/л. Однако при дальнейшем увеличении количества поступающего в организм фтора противокариозное его действие не возрастает. Противокариозное действие фтора, содержащегося в воде, особенно выражено у детей в возрасте 7—8 лет, а у детей старше этого возраста ослабевает.

В. М. Чапала, обследовав 20 748 школьников и 2683 дошкольников г. Алма-Аты , обнаружила, что поражаемость кариесом в Октябрьском р-не города достигает 65,3%, а в Советском — 77,6% (содержание фтора соответственно 1,2—1,9 мг/л и 0,6—0,9 мг/л).

В районах Англии, где вода содержала 0,2 мг/л фтора, Jackson, Murray, Fairpo обнаружили поражаемость кариесом на 50% выше, чем в местностях, где вода содержала 1,5—2,0 мг/л.

Поражаемость кариесом А. А. Ахмедов, В. А. Петухов, В. А. Ившина, Scheinin, Kalijarvi, Hariola, Heikkinen, Tank, Storwick и другие связывают преимущественно с недостатком фтора в воде, в меньшей степени — в пищевых продуктах. Определенный параллелизм распространенности кариеса при снижении содержания фтора в питьевой воде ряда местностей Казахстана обнаружил А. И. Фефелов. По зонам Казахстана распространенность кариеса по его данным представлена следующим образом: в Южной зоне распространенность кариеса равна 72,5%, содержание фтора в питьевой воде — 0,6—0,9 мг/л; соответственно в Северной зоне — 73,9% и 0,7—1,2 мг/л, Восточной зоне — 86,7% и 0,1—0,3 мг/л, Центральном Казахстане —80,9% и 0,7—0,85 мг/л.

Увеличение распространенности кариеса во всех зонах сочеталось с увеличением интенсивности кариеса. В Казахстане незначительное повышение фтора в питьевой воде (1,0—1,9 мг/л в Октябрьском районе) вызывает флюороз детей (24,4%)· даже содержание ниже нормы (0,5—0,9 мг/л в Советском районе) — 16,4% и 7,9% во Фрунзенском районе, где фтора в питьевой воде всего 0,5—0,8 мг/л. Влияние фтора отличается от влияния тех же концентраций в других геохимических зонах. Ссылаясь на медико-географический анализ биогеохимических условий, А. И. Фефелов справедливо считает, что уровень распространенности кариеса зависит не только от содержания фтора. Анализ данных А. И. Рыбакова и А. В. Гранина позволяет сделать многие заключения и выводы теоретического и практического аспектов: в ряде случаев обнаруживается корреляция между пораженностью зубов кариесом и содержанием фтора в питьевой воде. Однако иногда четкой корреляции проследить не удается. Это позволяет думать, что поражаемость кариесом в различных географических зонах зависит не только от фтора питьевой воды — значительную коррекцию вносит фтор, содержащийся в пище, комплекс микроэлементов воды и особенно пищи, национальные особенности состава диеты населения, проживающего в местах обследования, различные географические и климатические факторы.

В этом плане показательно сравнение распространенности кариеса зубов в Ленинском районе г. Москвы — 84,4% при содержании фтора в питьевой воде 0,9— 3,2 мг/л, в Якутске — 74,79% при содержании фтора 0,18—0,21 мг/л и в Ургенче  — 77,2+1,14 и соответственно фтора 0,5 мг/л.

Исследования многих авторов в последние годы несколько меняют оценку действия фтора питьевой воды, как и вообще монопольного противокариозного действия фтора.

И. О. Новик придавал огромное значение фтору как противокариозному средству, однако он полагал, что содержание фтора в воде нельзя считать единственным фактором, определяющим сопротивляемость организма кариесу зубов. Как показали его исследования, не во всех случаях фтористая полноценность воды местных источников его предупреждает.

Несколько приведенных примеров из многих имеющихся в обширной литературе последних лет достаточно убедительно свидетельствуют о том, что на противокариозную активность фтора влияют многие факторы, в частности, другие микроэлементы, содержащиеся в воде и пище. Некоторые из них проявляют самостоятельное кариесостатическое, а другие кариесогенное.

Анализ данных Г. А. Новгородцева дает основание к заключению, что пораженность зубов кариесом у детей пяти городов не находится в коррелятивной зависимости от содержания фтора в питьевой воде, в частности в г. Ленинграде содержание фтора 0,1—0,3, распространенность 96,2%, интенсивность—10,5; соответственно в Петрозаводске: 0,1—0,3, 92,5%, 8,1; в Ташкенте — 0,1—0,2, 70,1 %, 5,9.

Еще более четко проявляется отсутствие такой зависимости в данных А. П. Блуш и Л. Б. Треймане. В г. Валмиере содержание фтора в воде 0,75— 1,0 мг/л, распространенность кариеса 95,9—94.5%, интенсивность 4,15—4,62; в г. Риге соответственно 0,1 — 0,13, 91,8%, 4,2.

Значительную дискорреляцию между поражаемостью кариесом и содержанием фтора в диапазоне 3,2 мг/л — 0,2 мг/л обнаружила Domsalska: высокие показатели кариеса имели место в местностях с оптимальной концентрацией фтора в воде по сравнению с местностями, где вода содержала следовые концентрации фтора.

Изучая воздействие фтора питьевой воды на зубы в трех областях Австрии, Binder, Adler с соавторами обнаружили, что поражаемость кариесом в областях с содержанием фтора в 1 мг/л была меньше, чем в области, где вода содержала 1,5—1,8 мг/л. Следовательно, поражаемость зубов кариесом в данной географической местности возрастает с увеличением концентрации фтора в воде. Уже концентрация фтора в воде 1 мг/л вызывала флюороз зубов в 18%, а концентрация 1,5 мг/л —48%, 30 мг/л —52% населения.

Изучив распространенность кариеса в 4 районах Финляндии, Haavikko и Helle, установили невозможность проводить этиологическую дифференциальную диагностику, поскольку у детей, потребляющих воду с концентрацией фтора 0,05—0,41 мг/л, зубы были поражены кариесом у 41,2—74% обследованных, а у тех, которые потребляли воду с концентрацией фтора 1,08 мг/л-98,2%.

Ни в одной из областей Vejrosta с соавторами не обнаружили оптимального содержания фтора в воде (0,1—0,4 мг/л). Однако поражаемость кариесом колебалась в значительных пределах, что зависит от количества магния в питьевой воде. Авторы разделяют точку зрения о том, что магний играет роль не только строительного субстрата, но и активатора энзиматических процессов, осуществляющих минерализацию твердых тканей зуба.

Природные воды Мурманской области, по данным Н. М. Кайкова, содержали фтора не более 0,1 мг/л. При этом заболевание кариесом достигало 80— 94%, и в среднем у каждого было 3—7 кариозных зубов. Такую высокую поражаемость, однако, автор не склонен относить только за счет недостатка фтора, но за счет неблагоприятных географических факторов Заполярья.

Кариозная пораженность, по мнению X. М. Сайфулиной, зависит не только от содержания фтора в питьевой воде, но и от ряда других причин, в первую очередь от характера питания и содержащихся в пищевых продуктах микроэлементов. Высокая поражаемость кариесом зубов населения Ивано-Франковска связана с тем, что содержание фтора, йода, кобальта, марганца в воде значительно ниже оптимальных. Дагестан, имеющий малую территорию, характеризуется резко отличающимися климато-географическими и социально-бытовыми условиями. Μ. М. Максудов с соавторами установил, что в Махачкале распространенность кариеса составляет 80,9±3,03, в Советском районе— 53,5+3,98, в Ленинском—70,8+ ±2,25; интенсивность поражения соответственно — 3,43± +0,20, 1,36±0,15, 1,99±0,11 %. Это явление они объясняют особенностями климато-географических условий и характером питания населения обследованных районов.

Из многих кариесогенных факторов заслуживает внимания фактор питания. Характер питания может изменять наследственную, генетически определяемую восприимчивость к кариесу, как и основную анатомическую форму зуба. Особенно отчетливо действие фактора питания проявляется в период формирования зубов.

Пораженность населения Черновицкой области кариесом Б П. Сучков с соавторами связывает с содержанием селена в зубах. Поражаемость кариесом связывают с интенсивностью естественного ультрафиолетового облучения климатической зоны.

Школьники французской Полинезии (обследовано 12 344 чел.) подвержены раннему и множественному поражению кариесом, по мнению Baume, вследствие замены привычной диеты на рафинированные углеводы.

Сопоставляя пораженность кариесом школьников 7—15 лет, проживающих в Аддис-Абебе и Болгарии, В. Азманова и Д. Азманов обнаружили более низкую поражаемость у первых — соответственно 2,2% и 10,31%. Они это связывают с особенностями питания (мясо, инжир и др.) и географическими факторами (ультрафиолетовое облучение), а также с гигиенической эффективностью национальной зубной щетки.

У детей Нигерии (3370 обследованных) и детей европейского происхождения (238 обследованных), а также детей нигерийских крестьян поражаемость кариесом зубов низкая; это явление Enwonwu (1974) объясняет особенностями диеты, богатой крахмалом, который является отрицательным субстратом для кариесогенных микроорганизмов.

Географическую распространенность кариеса зубов Hadjimarkos, Storwick, Sullivan, Corvallis связывают с количеством солнечного облучения и поступлением в организм фтора с водой.

В исследованиях, посвященных изучению географии кариеса, красной нитью проходит мысль, что одним из важнейших географических факторов является микроэлементный состав почв.

Селен почв, как показали эпидемиологические исследования Hadjimarkos, повышает восприимчивость к кариесу школьников штата Орегон. Аналогичные данные в других районах обследования получили Tank и Storwick.

Зависимость географической распространенности кариеса от состава почв (Теннесси, Орегон, берег Атлантического океана США, берег Атлантического океана Африки) отмечают Ludwig, Cadell, Maltus. Они заключили, что уровень распространенности кариеса зависит не от потребления питьевой воды с оптимальным или почти оптимальным содержанием фтора, а от химического состава почв.

В одном из регионов Венгрии содержание фтора в воде было менее 0,35 мг/л, при этом распространенность кариеса была ниже, чем в местности с содержанием фтора более 0,7 мг/л. Это явление связывают с высоким содержанием молибдена. При этом Adler , Tank, Storwick  были обнаружены различия в содержании и других микроэлементов, а также тенденция к снижению кариеса при увеличении концентрации ванадия в воде.

Предварительное изучение отчетных данных о структуре стоматологической заболеваемости в Черниговской области обнаружило, что поражаемость кариесом детей, проживающих в различных, согласно принятому делению, агроклиматических зонах (города Чернигов, Нежин и Прилуки), неодинакова. Нами были избраны эти города, потому что в них источники питьевой воды являются централизованными, что обеспечивало сопоставимость результатов исследований. Контингент обследованных в каждом городе составляли родившиеся и проживающие в одной местности постоянно дети и подростки. Всего было обследовано 4039 дошкольников и школьников в возрасте от 6 до 16 лет: г. Чернигов, Полесская зона), г. Нежин (Промежуточная зона), г. Прилуки (Лесостепная зона) — 1219 человек. Характеристику заболеваемости кариесом составляли распространенность кариеса и интенсивность поражения. Распространенность и интенсивность кариеса молочных и постоянных зубов варьирует в связи со сменой зубов и не дает полного представления об истинной поражаемости.



Изменение распространенности и интенсивности кариеса по возрастам имеет общую закономерность по всем трем зонам (рис. 7). Поражаемость зубов кариесом для сравнения трех геохимических зон в достаточной мере отражают средние данные по всей группе обследованных.

рис. 7 Возрастная динамика распространенности и интенсивности кариеса в агрохимических зонах

Средняя поражаемость кариесом зубов населения всей территории Черниговской области составляет 81,4± ±0,61%.

В питьевых водах и почвах указанных агрохимических зон Черниговской области изучено содержание бария, марганца, хрома, титана, ванадия, меди, никеля, стронция, цинка, молибдена, кобальта, фтора (табл. 16).

табл. 16 Средние данные содержания микроэлементов в грунтах различных агрохимических зон

В литературе имеются данные о содержании в почвах Черниговской области марганца, молибдена, цинка, бора, кобальта, меди.

Содержание разных микроэлементов количественно весьма значительно варьирует, за исключением цинка, отсутствующего во всех почвах, и кобальта, содержание которого постоянно (5,0 мг/кг). Широкую вариабельность микроэлементного состава можно объяснить богатством почвенных разновидностей.

Черноземные карбонатные почвы, имеющие слабощелочную реакцию, имеют тенденцию концентрировать многие микроэлементы; дерново-подзолистые и светлосерые оподзоленные кислые почвы содержат много песка и мало гумуса, вследствие чего легкорастворимые микроэлементы легко вымываются.

В связи с этим почвы Полесской и частично Промежуточной зон беднее микроэлементами.

Этиологическая роль некоторых микроэлементов относительно хорошо изучена (экспериментально, клинически, экологически). К ним относятся фтор, стронций, медь, цинк, ванадий, молибден. Очевидно, что противокариозные или кариесогенные свойства микроэлементов в условиях их интегрального действия взаимосвязаны. Поэтому на основании статистического анализа можно говорить с определенным основанием, что комплекс микроэлементов, содержащихся в почвах Лесостепной зоны, и их количественные соотношения более благоприятны в смысле противокариозного действия, чем в почвах Полесской зоны. Такое заключение может быть сделано на основании того, что в первой распространенность кариеса на 30% ниже, чем во второй.

Судя по их количественному преимуществу в грунтах агрохимической зоны, где поражаемость кариесом меньше, можно предположить противокариозное действие меди, стронция, титана, ванадия, молибдена, марганца и никеля. Статистический анализ с помощью множественного коэффициента связи подтвердил такое предположение, исключая медь, для которой не обнаружена достоверная зависимость.

Между содержанием указанных микроэлементов и поражаемостью кариесом наблюдается определенная причинно-следственная связь: в почвах Лесостепной зоны количественное содержание титана, ванадия, марганца, никеля, стронция и молибдена выше, чем Полесской и Промежуточной зон; концентрации меди, титана, марганца и никеля в почвенных образцах Полесской зоны больше, чем Промежуточной; концентрации ванадия, стронция и молибдена в почвах Промежуточной зоны меньше, чем Лесостепной, и больше, чем Полесской. Резюмируя, можно отметить, что более высокой концентрации титана, ванадия, марганца, никеля, меди и стронция в почвах Лесостепной зоны соответствует меньшая поражаемость зубов кариесом этой зоны, по сравнению с Полесской зоной, где концентрация этих микроэлементов в почве меньше, а поражаемость зубов кариесом больше.

Питьевые воды г. Чернигова и его окрестностей характеризуются как гидрокарбонатные с низкой минерализацией (0,5—0,7 г/л). В районе гг. Нежина и Прилук распространены хлоридно-карбонатные воды с более высокой минерализацией (0,7—1,2 г/л).

Источником централизованного закольцованного водоснабжения населения г. Чернигова служат бучакский, харьковский и сеномапский водоносные горизонты. Воды бучакско-каневского водоносного горизонта по химическому составу в основном гидрокарбонатно-кальциевые и реже натриевые. Сухой остаток воды колеблется в пределах 0,3—0,9 г/л, окисляемость 1,85—3,5 мг по Ог, концентрация водородных ионов pH — 7,2—7,3.

Источником водоснабжения большинства населения г. Нежина является бучакский горизонт, из которого получают воду с помощью б скважин. Минерализация воды — 0,85—1,1 г/л, общая жесткость 3,5—6,5 мг/экв/л, Тип воды — гидрокарбонатно-натриевый.

Водоснабжение г. Прилук централизованное. Городской водопровод питается из 6 скважин бучакского водоносного горизонта и 1 — сеноманского (соответственно типы воды по химическому составу гидрокарбонатно-натриевый, хлоридно-гидрокарбонатный). Сухой остаток составляет 0,7—1,2 г/л, окисляемость—1,28 мг/л/О2, общая жесткость— 1,20 мг/экв/л.

Питьевые воды указанных городов исследованы на содержание основных ингредиентов и содержание микроэлементов. Данные исследований представлены в табл. 17, 18.

табл. 17 Содержание основных компонентов в водах в г. Чернигов, Нежине и Прилуках

  табл. 18 Концентрация микроэлементов в питьевых водах

Определенная закономерность изменения концентраций фтора, титана, ванадия, хрома, марганца, меди, цинка в питьевой воде проявляется в том, что в г. Прилуках, где поражаемость кариесом ниже, чем в г. Чернигове, содержание указанных микроэлементов выше. При этом фтор находится в концентрациях, намного превышающих оптимальные (2,49 мг/л). Однако флюороз не обнаруживается, а кариесом поражено 63% населения. Возможно, это является результатом синергидного, совместного действия комплекса микроэлементов. Такие логические предположения подтверждает и математический анализ: коэффициент множественной связи свидетельствует о зависимости между поражением кариесом у жителей исследуемых зон с содержанием микроэлементов в питьевой воде.

Проведенные исследования почв и воды и анализ полученных данных о связи их с поражением кариесом позволяет констатировать, что наряду с другими факторами концентрация некоторых микроэлементов питьевой воды находится в корреляционной зависимости с устойчивостью зубов к кариесу. Фтор является общепризнанным противокариозным микроэлементом. Однако он всегда действует в сочетании с другими микроэлементами. Поэтому представляют большой научный и практический интерес сведения о том, какие микроэлементы, в каких концентрациях и как взаимодействуют с фтором, усиливают или ослабляют, изменяют характер суммарного действия на зубы. Помимо полученных нами данных, основанием к такому заключению служат данные Ludwig, Adkins, Lossee и др.

Определенное значение имеет, очевидно, и другая характеристика воды: жесткость, содержание кальция, магния, карбонатов, общая минерализация. В частности, согласно исследованиям, проведенным К. П. Хребтатий, минерализация воды г. Прилук (1046 мг/л) значительно превосходит таковую г.Чернигова (596,59 мг/л), то есть почти вдвое. Уровень минерализации воды г. Прилук обусловливается в первую очередь карбонатом (HCO3 — 549,26 мг/л, и суммой Na + К — 297,49 мг/л, хлоридов— 132,75 мг/л и сульфатов — 55,93 мг/л). Жесткость воды г. Прилук (0,92 мг/экв/л) меньше воды г. Чернигова почти в 4 раза, а воды г. Нежина почти в 8 раз. Жесткость воды обусловлена главным образом солями Ca и Mg, последних в водах г. Нежина в 2 раза больше (Ca — 88,67; Mg — 39,68), чем содержание их в воде г. Чернигова (Ca — 41,92, Mg — 11,8) и в 5 раз меньше в воде г. Прилук (Ca—15,09, Mg—2,97). Параллелизм в содержании Ca и F в питьевых водах Черниговской обл. отсутствует.

Суммируя все приведенные результаты исследований в условиях Черниговской области, достаточно ясно проявляется связь между поражаемостью кариесом и химическим составом питьевой воды, ее физико-химическими свойствами, содержанием фтора, титана, ванадия, кобальта, меди, их этиологическое и патогенетическое значение в развитии кариеса.

Волынская область состоит из 3 агроклиматических зон: Лесостепи (г. Луцк), Переходной (г. Ковель), Полесской (г. Камень-Каширский).

Анализ структуры стоматологической заболеваемости показал значительную разнородность уровней распространенности и интенсивности кариеса в различных местностях, которые совпадают с геохимическими (агрохимическими) зонами Волынской области (г. Луцк, Ковель и Камень-Каширский). Водоснабжение в городах централизовано.



Всего в 3 городах проведено обследование стоматологического статуса школьников в возрасте 7—16 лет; в г. Ковеле — 1240, в г. Луцке—1251; в г. Камень-Каширском — 859. Соответственно этому выделены 1, 2 и 3 группы (табл.19).

табл. 19 Поражаемость кариесом зубов детей трех агрохимических зон Волынской области

Возрастная вариабельность поражения молочных и постоянных зубов кариесом у детей почти идентична для всех агрохимических зон (рис.8).

рис. 8 Возрастная динамика распространенности и интенсивности кариеса в агрохимических зонах Волынской области

Максимальные цифры распространенности в группе 1 наблюдаются у школьников в возрасте 7—9 лет — 98±1,3%, затем в 10—11 снижается до 87,5±3,5%, однако с 12 лет до 16 нарастает и достигает в 16 лет 93,2±2,2%. Параллельно с распространенностью изменяется и интенсивность. Уменьшение пораженности молочных зубов у детей в возрасте 11 —12 лет в 2—3 раза является следствием смены зубов. Однако в этот период начинает нарастать кариес постоянных зубов. С 11 лет нарастание кариеса постоянных зубов идет весьма интенсивно и уже в 12 лет достигает 92,6±2,4%, затем, медленно увеличиваясь, до 16 лет достигает 93,2 ±2,2%.

Характер поражаемости зубов обследованных аналогичен. Наиболее низкая поражаемость в целом имеет место в 12 лет (группа 1-я — в 11 лет). Молочные зубы поражены меньше, чем в 1-й группе. Постоянные зубы поражены также меньше. К тому же и характер роста отличается — интенсивный прирост кариеса происходит у детей в возрасте 7—9 лет. Самая низкая среди 3 групп поражаемость кариесом наблюдается у детей 3-й группы. Возрастные изменения поражаемости в пределах группы — аналогичны 1-й — самая низкая поражаемость в возрасте 11 лет. Разница между средней поражаемостью каждой группы существенна (Р < 0,001). В возрастном разрезе между некоторыми группами в определенные годы она имеет разную степень достоверности. Наиболее существенно различие в поражаемости между группами 1-й и 3-й. Это особенно выражено в возрасте от 7 до 13 лет (разница в распространенности составляет более 30%); в 13—16 лет эта разница между идентичными возрастными группами составляет 22—25%· Между 1-й и 2-й группами разница в распространенности недостоверна для 8, 10, 11, 15 и 16-летнего возраста (Р > 0,05). Интенсивность поражения недостоверна в возрасте 9 и 11 лет (Р>0,05). Распространенность недостоверно различна между 2—3-й группами в 12, 13, 14 лет (Р > 0,05). Интенсивность поражения различна достоверно во всех возрастных группах. Достоверно различны распространенность и интенсивность поражения во всех возрастах между 1—3 группами (Р > 0,001).

Приведенные сведения литературы и наши данные (совместно с К. П. Хребтатий и Л. И. Коваленко) достаточно убедительно свидетельствуют, что в числе главных причин особенностей медицинской географии кариеса, его распространенности и интенсивности является содержание фтора и других микроэлементов в воде и почве, жесткость воды. Микроэлементный состав воды в основном пополняется из грунтов и поэтому находится в прямой зависимости от химического состава почв. Вместе с тем почвы являются основным источником поступления микроэлементов в продукты питания растительного происхождения. Принимая во внимание свойства растительных и животных организмов избирательно кумулировать некоторые микроэлементы при том, что в определенной мере концентрация микроэлементов в живых организмах отражает микроэлементный фон среды (либо зависит от него), все же для оценки внешней среды как источника поступления микроэлементов в организм необходимо знать микроэлементный состав воды и суточных рационов человека. Это позволит с достаточным основанием использовать микроэлементные добавки для профилактики кариеса.